Почему возможны предсказания
Арсенал прикладных дисциплин классической китайской науки (ККН) предлагает широкий ассортимент прогнозных методов. Есть методы для прогнозирования возрастных психологических сценариев и подбора стратегий для эффективной эксплуатации врожденных психологических моделей и сценариев развития поведения. Есть методы для прогноза социальных, деловых, политических процессов. Актуальность и эффективность классических методов прогнозирования продолжает подтверждаться до наших дней, кроме того, вплоть до наших дней существует живая культура, живая традиция передачи знаний от учителя к ученику в формате живого общения, предотвращающего любые искаженные интерпретации. Благодаря наличию живой традиции использования классических техник, последние не остановились в своем развитии на уровне реалий периода «ученых ста школ», а продолжали эволюционировать и адаптироваться к новым социальным и культурным акцентам очередных поколений.
Во многом принципы классических китайских прогнозных наук похожи на современные европейские. Метод психологического анализа бацзы сюаньмин (八字算命) отчасти напоминает соционику или юнгианскую психотипологию. В методах стратегического прогноза или тактического проектирования можно увидеть черты, похожие на теорию графов, схематическое моделирование.
Однако, в подходах ККН есть неотъемлемые черты, которые могут вызывать у европейских ученых отторжение ККН, как научного метода. Специалисты, использующие ККН считают, что момент рождения человека, или момент въезда в новый дом, или момент регистрации предприятия, или момент начала работы по какому-либо проекту — сам по себе момент времени несет в себе информацию о том, какой шаблон будет преобладать в дальнейшем развитии объекта исследования. То есть китайский психолог вместо психологической анкеты просто спросит вас, когда вы родились. А специалист по стратегическому планированию вместо внимательного анализа предприятия — просто взглянет на часы, взяв момент задания вопроса за момент начала проекта по стратегической оптимизации бизнеса.
Это в глазах европейских ученых, выглядит, мягко говоря, не вполне убедительно, ведь время, судя по всему, не имеет никакой структуры, однородно, и потому не может нести в себе никакой информации.
Однако, с точки зрения даосских, буддийских философов, чьими взглядами пропитана научная система ККН, время — это несколько иная материя, нежели ньютоновская однонаправленная однородная шкала.
ККН по определению является субъективной наукой. С самого начала в ККН рассматривается триединство Небо-Земля-Человек. Небо — это абстрактные принципы, идеальные модели, время как таковое, Земля — это проявление, это ветер и вода, горы и реки, плодородность почвы, удобство ландшафта. А Человек — это воспринимающее сознание, в котором и Небо и Земля обретают смысл. Европейская же естественная наука всеми силами пытается отторгнуть Человека из системы, работая только с материей и временем, законом и экспериментом, Небом и Землей, исключая Человека-наблюдателя. Удивительно, что квантовая физика приводит нас к парадоксу — к необходимости включить наблюдателя в набор факторов эксперимента несмотря на то, что вся парадигма нацелена на исключение наблюдателя из числа существенных факторов.
Китайская наука включает Человека в ядро исследуемой системы изначально. Поэтому время, как оно понимается в физике — это совсем не то время, которое изучает ККН. В ККН мы работаем с субъективным временем, с осознаваемым, осмысляемым временем. С временем, как оно переживается, с онтологическим временем. Поэтому совершенно допустимо, что время в ККН обладает совсем иными свойствами, чем физическое время. В конечном счете и одно, и другое время — это лишь концепция, модель, — и мы свободны в выборе модели, если результирующая методология приносит полезные результаты.
Итак, время неоднородно. Каждый момент времени обладает своими характеристиками. В отличие от европейской (или точнее иудейской) астрологии, китайская мысль не пытается изучать свойства нематериального времени через изучение положения материальных небесных тел. Время китайцы изучают непосредственно — через переживаемую каждым человеком реальность. Всем известно, что бывает время холодное и теплое, так выводится система сезонов. Всем известно, что бывает день и ночь — так определяется суточный ритм. Более внимательный созерцатель заметит, что бывают моменты, когда все будто бы замирает, когда все действия вдруг оказываются безрезультатными, когда «крокодил не ловится», когда кажется, что весь общественный механизм как бы работает вхолостую, как в вакууме — без звука и без эффекта. Такие моменты времени, такие часы называются в китайском учении о времени Фу Инь (伏吟). Этот термин обычно переводят как «скрытая сирена», но в данном контексте я бы перевел это как «покорное жужжание» или «стон из засады», или «подавленный стон». Это чувство абсурда, безысходности, прикрытое формальным продолжением обычной деятельности. По мнению китайских ученых, в течение суток можно наблюдать примерно 2–3 раза такое состояние, если быть достаточно чувствительным к естественному дыханию времени или достаточно чувствительным к состоянию окружающих людей и природы.
Классифицируя и формализуя подобный опыт все детальнее и детальнее китайские ученые смогли сформулировать целую плеяду моделей времени, каждая из которых имеет разную периодичность, разные сферы приложения.
Теперь перейдем к основному вопросу: почему возможны предсказания и что есть предсказания?
С древнейших времен в китайской традиции шла дискуссия между представителями двух типов мысли, которые можно назвать причинно-следственная и фаталистическая.
Представители причинно-следственного взгляда придерживались идеи о том, что зная законы развития процессов, можно прогнозировать вероятности будущих событий, можно оценивать тенденции, и делать выводы о том, какие изменения в наших текущих действиях и взглядах приведут к увеличению вероятности желаемых последствий. Представители же фаталистического подхода утверждали, что все предопределено, что в наших силах лишь узнать, что нас ждет и быть готовыми принимать повороты судьбы достойно, что переломить ход судьбы практически невозможно, что это есть удел Будд или Бессмертных, что рядовому человеку остается лишь следовать естественному ходу событий, по возможности, зная, к чему следует быть готовым.
Стоит отметить, что аналогичная дискуссия известна и в европейской науке между представителями детерминистских и вероятностных моделей.
Таким образом, ответ на вопрос что такое предсказания зависит от нашей точки зрения. В фаталистической парадигме предсказание — это констатация ожидающих нас событий. В причинно-следственной парадигме работа предсказателя состоит в том, чтобы оценить, какое развитие событий является наиболее вероятным, и порекомендовать, что следует предпринять, чтобы изменить свое будущее в желаемую сторону.
На другую часть вопроса почему возможны предсказания тоже есть два ответа. В фаталистической парадигме предсказания возможны, потому что все предопределено, а потому предсказание будущего также возможно, как воспоминание прошлого — нужен лишь подходящий метод. В рамках же причинно-следственной модели, предсказание — на самом деле не предсказание, а оценка вероятностей пространства возможных перспектив, что возможно благодаря знанию о характеристиках различных моментов и отрезков онтологического времени.
Есть также различия между объектами прогнозирования в разных дисциплинах ККН. Истинно классическими для Китая теориями являются относящиеся к блоку дисциплин Сань Ши (三式), «три небесных шаблона». Тут «небесный» указывает на Небо как образ принципа, закона. Эти дисциплины в первую очередь задаются вопросами прогнозирования социальных, погодных, массовых явлений, выбирая ключевые личности: императоров, военачальников, министров, — как объект приложения теории. Здесь со всей смелостью можно говорить о предсказании конкретных событий, так как именно от действий лидирующих лиц зависит многое в реальном плане.
На уровне же персонального, гражданского прогнозирования обычно используется метод Сю Цзыпин (徐子平) или Бацзы Сюаньмин (八字算命), который является в первую очередь методом психологического прогнозирования. Здесь с большой уверенностью и точностью и можно прогнозировать развитие сценариев внутренней жизни индивида, какие психологические модальности являются наиболее вероятными и легко-выразимыми для человека в разные периоды и в разных сферах жизни. Но говорить о точности предсказывания конкретных событий зачастую не приходится, так как реальный план тут является результатом усилий многих индивидов. Поэтому ключевой задачей тут оказывается поиск психологических модальностей, форм поведения и сфер жизни, которые могут принести человеку максимум внутреннего удовлетворения, «счастья».
В завершение процитирую академика Хо Пэн Йока, директора исследовательского института Нидхэма, который в своей монографии «Китайская математическая астрология» пишет:
Если бы мы распространили на некоторые из традиционных китайских прогнозных методов то же количество терпимости, какое мы оказываем многочисленным современным попыткам предсказывания будущих событий, как, например, прогноз погоды, биржевые фьючерсы, опросы общественного мнения и т.д., — ни один из которых никогда не гарантирует абсолютную точность, но тем не менее признается как легитимная практика, — то можно было бы продемонстрировать, что китайские методы заслуживают нашего внимания.
